— Когда у меня будут дети, я их не буду воспитывать, нет!
Чем примитивнее человек, тем меньше он удивляется.
Для него все ясно.Солнце как солнце. А что? Вода как вода. А что? Подумаешь, летает бабочка, собирает золотую пыльцу с цветов пчела! Тоже мне загадка природы!
А другой человек задумался и написал превосходную, умную книгу о бабочках, о пчелах.
Сколько книг написано теми, кто удивился, задумался, обрадовался!
Тот же примитивный человек приходит в восторг, увидев на ком-то импортную рубашку с напечатанным на ткани непонятным текстом.
Надел рубашку, а она как газета!
В этом для него вся тайна современности, весь ее современный и сокровенный смысл.
Часто с горечью возвращаюсь к этой мысли.
Как много потеряно, если недодумал. И еще больше, если недолюбил.
Эта мысль — напоминание. И предупреждение.
В столкновении с ребенком всегда, во всех случаях, видишь особенное, индивидуальное. Не можешь не видеть.
Дети не похожи один на другого в одной и той же семье. Это задано уже в семени отца, в генах матери — каждому из детей быть другим при всей похожести.
Да и растут они в одной и той же семье отнюдь не в одних и тех же условиях.
Другими на протяжении лет становятся родители. Молодые, взволнованные рождением первого ребенка, богатые чувствами, но не имеющие опыта, они в своих отношениях с ребенком и в отношениях между собой движутся иначе, не так, как при рождении второго, третьего. Они уже — старше, во многом не такие, какими были. Жизнь их во многом стала проще, но возможно, что и сложнее. Возможно, что появился больший достаток, их жизнь материальная стала устойчивее, но это не значит, что они в то же время обогатились духовно. Возникли новые интересы и, возможно, новые противоречия. Родилась новая сила, но возможно, что и усталость. Вот и ответ на вопрос, почему в одной и той же семье дети — разные.
Разве мы такие же, какими были раньше?
Все тот же вопрос: педагогика — искусство или наука?
Наука в поиске закономерностей, в утверждении общих принципов, общих решений, обязательного.
Новый текст
