Они знали, что их все равно не станут слушать.
У Макаренко в его книгах много ценных мыслей о коллективе — как его организовать, как установить правильные взаимоотношения с коллективом воспитанников.
А один учитель мне говорил:— Странное дело, иные классные и школьные коллективы стали хуже работать, даже распадаться, когда ими стали чрезмерно много заниматься... А все потому, что чрезмерно! Все время направляя, исправляя, надоедая...
Учащиеся хотели бы сами, а им говорят:
— Не так! Это надо по-другому. Сперва — ядро, затем — актив.
И больше учащиеся уже не хотят — сами. Ждут, что за них все сделают старшие.
Вспоминаю, как в той школе, где я работал учителем старших классов, к моему товарищу, классному руководителю, пришли ученики и попросили:
— Что-то у нас класс очень недружный, организуйте нам, пожалуйста, дружбу...
Видите ли, сами не могут подружиться, хотя и проучились вместе много лет. По отдельности дружат, а как сделать, чтобы весь класс дружил?..
Но что уж там дружба, вот как быть с любовью?..
В школах очень боятся возникновения каких-то «не тех отношений». Вот дружба — это хорошо, но вдруг — любовь?.. В пятом классе одной из наших школ — в пятом классе! — был такой случай, что уж очень стоящая на страже учительница заподозрила подружившихся мальчика и девочку. Учительница испугалась, не заходит ли эта дружба чересчур далеко. И вот в один, как это пишут, прекрасный день она начала урок с туманного, полного для детей каких-то неясных намеков разговора об опасности чрезмерной дружбы мальчиков и девочек, а затем уже прямо обратилась к двум заподозренным в чрезмерной дружбе... запретила им сидеть вместе за одной партой, рассадила.
