Да, вот так: с глазу на глаз, вплотную. Так, что слышишь дыхание взрослого. И как худо, когда это дыхание — пропахнувшее сивухой, прохваченное руганью, затхлое дыхание, дурно пахнущее озлобленностью, недоверием, завистью, лицемерием.
Вспомним: пришли мы в этот мир под великим знаменем очищения его от скверны, от всякой скверны.Как видно, нужно заняться этим — очищением от скверны — с большей яростью. И не отворачиваться от нее, не говорить, что вот это — единичный случай, а это — случай нетипичный.
Будем беречь детей! Как горько, что их надо подчас беречь... от нас. И если плохо убережем, то как бы не пришлось оберегать себя от них.
Не считаю, что дети всегда правы и не правы мы, взрослые. Я за взрослых и детей. Вместе мы — человечество! Все то хорошее и прекрасное, что есть в человеческом гении! Вот расскажу об этом.
Ариадна Дмитриевна решила, что ей следует проявлять больше интереса к школьным занятиям своего одиннадцатилетнего сына Виктора. Вити, говоря проще. И вот она стала расспрашивать его об успехах по арифметике — что задают и как там все это у него.
— Кстати,— ответил Витя,— у нас уже не арифметика, а математика...
Мать не была уверена, что это именно так, что не арифметика, а математика, но сочла правильным проявить по этому поводу особое удовлетворение.
— Это очень хорошо,— сказала она, давно позабывшая не только математику, но и арифметику...— Так что же у вас там проходят?..
Задать этот вопрос она сочла необходимым, задать для укрепления своего материнского авторитета — увы, она не всегда была в нем уверена. В чем, однако, она нисколько не сомневалась,— и справедливо,— так это в любви своего мальчика и признании им несомненных ее прав и власти. В иных случаях и это не так уж мало.
— Так чтотам у вас проходят по математике?
Одиннадцатилетний Витя стал терпеливо объяснять, но в самом конце объяснений не мог удержаться от вопроса:
— Ты все поняла, мама?..
Корчак усматривает некоторую периодизацию в жизни ребенка и говорит о наступлении в детстве периода некоего успокоения в отношениях между ребенком и взрослыми. Что-то понял, с чем-то примирился, жизнь занята школьными делами, появились в жизни друзья, книги, увлечения — возможно, коллекционирование, возможно, шахматы... Казалось бы, можно успокоиться, глядя на ребенка, наблюдая его умные увлечения, радуясь становлению характера.
