Правда, это не обязательно так. Многое могут изменить сложившиеся к лучшему обстоятельства жизни, встречи с хорошими людьми, их доброе влияние. Многое могут изменить, казалось бы, сторонние люди, прежде всего, учителя.
Как важна нравственная атмосфера, создание которой можно рассматривать как важнейшую социальную задачу.
Ведь возникло в нашей стране такое понятие, как нравственный климат.
Должно же это дать свои плоды.
А как же все-таки быть с плохими отцами?
Отец спьяна, сердитый, выругался за столом и бросил вилку в жену. Но попал в шестилетнего сына и чуть не лишил его глаза. Так этот факт стал достоянием печати. Беру этот факт, как факт установленный,— отец бросил вилку в мать, попал в ребенка, мог выбить глаз, но только сильно поранил щеку. Если попал бы в жену, а не в ребенка, если бы не ранение, все осталось бы в недрах семьи, без огласки. В семье возникло, в семье и умерло бы.
Вот в том-то и дело, что не умерло бы, жило бы — не только в памяти ребенка и не столько в памяти, откуда могло быть стерто временем, но в тягостном влиянии на характер, которое не избыть годами. Может ли такое исчезнуть бесследно, не сказаться на характере, не пронизать чем-то тревожным и оскорбительным всю атмосферу жизни в этой семье, не отразиться на ее моральном климате? Но есть ли дело до всего этого отцу, такому отцу? Ребенок научится молчать. Или хуже того — привыкнет. Или еще хуже того — научится пренебрежительно, оскорбительно относиться к матери, воспримет с легкостью, но накрепко уроки жестокости. И все станет обычным, будто иначе и не бывает никогда.
Есть суд взрослых. Ребенку от него не уйти. Будь милостив, взрослый! Но есть и суд детей. Скрытый, тайный суд — скрытый и тайный потому, что силы не равны, скрытый и тайный потому, что ребенок зачастую не сознает, что является судьей. И еще потому, что судом ребенка взрослый может пренебречь, на осуждение может ответить оплеухой, и не одной. А куда деться ребенку?
Что-то накапливается в ребенке, иногда зримо, а подчас и незримо. Но накапливается. Что? Недоумение? Злость? Упрямство? Ненависть? Страх? Жестокость?
Не подумайте, что все, о чем выше, это противопоставление детей отцам, возвращение к конфликту между детьми и отцами. Дети, мол, хороши, а отцы — плохи.
Да нет же!